Школьный подвальчик

Наверное, у каждого в детстве было свое «страшное место», связанное с какой-нибудь загадочной историей. У меня тоже такое было.

Снаружи некоторых зданий есть такие небольшие подвальчики, которые вечно заперты. Обычно они предназначаются для экстренного выхода в чрезвычайных ситуациях. Такие же были у меня в школе. Об этих подвальчиках в школе ходила дурацкая история — якобы в этих подвалах у нас скотобойня, там убивают пойманных животных — кошек, собак, крыс, а потом из этого в столовой делают котлеты и дают детям. Некоторые школьники утверждали, что им в котлетах попадались когти, шерсть, зубы, а а один даже говорил, что в его котлете был глаз. Кормили у нас в столовой и вправду отвратительно — если роняли котлету на пол, потом быстро могли положить обратно, ложки и вилки нам выдавали искривленные и вечно недомытые, в пюре иногда попадались волосы. Я никогда не ел то, что там готовили, а покупал всякие шоколадные батончики в буфете.

Однажды, когда у нас была очередная учебная тревога, я заметил, что мы выходим на улицу из гардероба (он у нас был в подвале). Раньше я никогда не обращал внимание, где мы оказывались, когда выходили. В этот раз обратил. Мы выходили с обратной стороны школы. Через дверь, около которой всегда курили старшеклассники. Для чего же тогда были подвальчики?

Летом, когда мне и моим друзьям было десять лет и мы должны были перейти в пятый класс, мы бродили вокруг школы. Нам было скучно, и я уже подумывал пойти домой. И тут один из нашей компании, Сергей, предложил нам проверить, что в этих подвальчиках. Мы согласились. Естественно, никто из нас не верил в чепуху про скотобойню. Спустились, потолкались немного около двери и собрались уже подниматься, когда нам с Сергеем приспичило справить нужду, поэтому мы немного отстали от нашей компании. Справляя нужду, Сергей опирался о дверь, и я заметил, что она немного приоткрылась. Мы хотели позвать всех остальных, но оказалось, что они не стали нас дожидаться и уже куда-то ушли.

Мы с Сергеем вошли в подвал. Внутри было очень темно, поэтому мы решили оставить дверь открытой, но она была тяжелая и постоянно закрывалась. Никто из нас не хотел идти в одиночку в подвал, пока другой держит дверь, поэтому мы подперли дверь кирпичами, которые лежали неподалеку на куче известняковой пыли.

Дневной свет освещал помещение лишь на несколько метров вперед, фонарика у нас с собой не было, поэтому заходить вглубь мы решились. Да это и не потребовалось. Первым делом мы наткнулись на большой, широкий железный стол. Клеенка на нем была вся запылена и в бурых пятнах. На столе лежали топор и пила. Я с облегчением подумал, что это, должно быть, просто столярная мастерская, и поделился мыслью с Сергеем. Он согласился со мной. Только меня преследовала одна мысль — где же опилки, разные деревяшки, молотки, гвозди и прочие столярные инструменты? Я убеждал себя, что здесь недавно сделали уборку, но почему тогда стол грязный? В углу я заметил груду топоров, пил и ножей. Я не думал, что ножи используются в столярном деле. Были там и тесаки. Мне вдруг стало здесь душно, и противно — повсюду летала пыль, в груди словно что-то давило.

Я потянул Сергея за рукав, он не отреагировал, на что-то уставившись. Проследив за направлением его взгляда, я увидел, что вдоль стены, куда еле дотягивался солнечный свет, стояли клетки. Много-много клеток. Разных размеров и все железные. В некоторых клетках пол был устлан косточками. А потом я различил, что у дальнего угла кто-то стоит, почти сливаясь с темнотой, и, похоже, смотрит на нас.

Не сговариваясь, мы выбежали оттуда. Пинком отбросив кирпичи, Сергей плотно закрыл дверь. Его колотило, он все время потирал себе плечи руками. У меня только дрожали руки.

Мы рассказали об этом друзьям. Они нас высмеяли и сказали, что не верят ни одному нашему слову. Тогда мы поспорили — пусть они туда сходят, а мы с Сергеем подождем их снаружи. Они согласились, но эта затея так и не сбылась.

Швейная машинка

Это произошло, когда я учился в пятом классе. У меня была вторая смена и поэтому имелась куча свободного времени с утра, так как родители в это время были на работе. Стояла весна, уже середина мая. Солнце светило вовсю, росла зелень, школьники ходили в предвкушении летних каникул. Я тогда жил в обычной пятиэтажке на пятом этаже. Утром проснулся, умылся и засел играть на «Playstation». Часам к одиннадцати я проголодался и пошел на кухню через небольшой коридорчик и прихожую, из которой также была дверь в зал, который по совместительству был комнатой родителей (то есть кухня и зал были соседними комнатами со входами в прихожей). В зале были шкафы с книгами, телевизор с видеомагнитофоном и мамина швейная машинка, работающая от педали — чем сильнее нажимаешь на педаль, тем быстрее движется швейная игла. Туда я редко захаживал, только если видеофильмы посмотреть иногда.

На кухне были заботливо приготовленные мамой бутерброды — осталось только чай сделать. Я сел за стол. Съел один бутерброд, второй, поднёс ко рту третий и замер: в зале заработала швейная машинка.

То, насколько я испугался, нельзя передать словами — я точно знал, что дома никого, иначе мать или отец не дали бы мне поиграть с утра в мои видеоигры. Машинка совершенно точно работала сама по себе — я слышал стук иглы и звук механизма, который приводит ее в движение. Меня охватило то всепоглощающие чувство, когда твой дом, твоя неприступная крепость, становится враждебной, чужой, в нее проникает нечто, что нельзя рассмотреть, неизвестное, наводящее ужас.

Первая мысль, появившаяся у меня в голове — нужно убегать, и как можно быстрее. Но для этого нужно проделать весь этот путь назад и взять школьный ранец (ибо достанется за прогул, школьник же). Если вовремя повернуть голову, проходя через прихожую, то можно будет увидеть эту самую машинку...

Я решил немного подождать и выбрать нужный момент. Как только звук умолк, я решил быстро, но тихо передислоцироваться в спальню, собрать вещи и уйти из дома. Проходя мимо двери в зал, я набрался храбрости и прикрыл дверь, чтобы нечто, чем бы оно ни было, не выбралось или не заметило меня (теперь это, конечно, кажется смешным — с чего я решил, что закрытая дверь его остановит?). Только я это сделал, как в зале громко хлопнула дверь одного из шкафов, на полках которого стоял хрусталь. Сердце чуть не остановилось от такого резкого звука. Я побежал в спальню, схватил ранец, прислушался — вроде было тихо. Теперь стояла последняя задача — надо было вернуться обратно в прихожую, надеть потрепанные кеды и, наконец, убежать. Как же страшно было идти шаг за шагом по маленькому темному коридору в прихожую!.. Мой юный разум чуть не помешался от страха, ведь в любую секунду в твоем собственном доме тебя могла схватить непонятно как проникшее туда жуткое существо. Но цель была достигнута: я натянул кеды в прихожей и бросил последний взгляд на закрытую дверь в зал. Никакого шума не было. Я схватился за ручку входной двери, и тут холодок пробежал по моему телу: дверь в зал открылась. Сама. Резко, ударившись о стену. Закричав, как умалишенный, я рванул входную дверь на себя, выбежал, захлопнул, повернул один раз ключ и со всех ног бросился вниз по лестнице.

Когда пришел из школы, родители уже были дома и, судя по их виду, ничего странного они не заметили. После этого я еще недели две боялся оставаться утром один, хоть и при свете дня, но больше такого не повторялось. Даже не знаю, что это могло быть.

Чёрное солнце

Хорошо помню этот день. Мне было лет шесть, было солнечное жаркое лето, суббота. Мы с мамой пошли гулять. Собирались мы забраться на сопку (наш поселок находится в долине и окружен довольно высокими, но не очень крутыми сопками, поросшими кедровым стланником), развести там костерок, вскипятить чай — в общем, посидеть на природе. По дороге зашли в магазин. Это был большой универмаг из разряда «есть все» — одежда, телевизоры с магнитофонами, игрушки, какая-то бижутерия и косметика, радиодетали… Маме надо было с кем-то, кто там работал, поговорить, а я в это время ждал и изучал витрины, до которых мог дотянуться носом. А потом я увидел, что за окнами что-то изменилось, и кинулся к ближайшему окну.

То, что я увидел, меня потрясло и поразило: на угольно-черном, расчерченном яркими линиями небе бешено сияло ослепительное солнце. Линии постоянно перемещались, пропадали, появлялись новые. А из-за сопок вставало второе, гигантское черное солнце. Оно тоже состояло из таких же линий, но они были неподвижны — оно словно было нарисовано ими на небе. Как детский рисунок — круг (вернее, часть его) и миллионы лучей и лучиков, которые переливались всеми цветами.

Я закричал — мол, смотрите, что это такое? Но меня ухватили за плечи, оттащили от окна. Мама закрыла мне глаза руками, сказала — не смотри, нельзя на это смотреть. Голос у неё перепуганный. Я тоже испугался, спрашиваю — почему нельзя смотреть, там же интересно так было, что это такое, мама? А она — молчи, не спрашивай, не надо. Нельзя об этом. Потом руки от глаз отпустила. Я смотрю — в магазине завесили окна плотными шторами, свет зажгли. Еще много людей набилось, голоса взволнованные, шепот, а потом как-то стали затихать, только тревожные взгляды. В подсобке звонил телефон, там в трубку кто-то кричал в тишине, которая вдруг стала звенящей, когда бросили трубку.

Я не помню, сколько мы там провели времени. Было душно и жарко, некуда было присесть, хотелось есть и пить. Крепкие мужчины сменяли друг друга у закрытой на засов двери — молча, как смена караула. В тишине было слышно, как снаружи доносятся далекие гулкие удары. С каждым ударом становилось все более жутко. А потом еще погас свет. Принесли свечи, но легче не стало — хотелось не смотреть на шевелящиеся повсюду тени и сгустки темноты по углам.

Потом кто-то застонал, и вновь побежал шепот: сердце… лекарство … надо скорую… они не поедут… не доберутся… умрет… сами… нет… свет дайте… телефон… пустите к телефону… Кто-то пробирался в подсобку, чтобы позвонить в скорую. Кто-то ругался у выхода, плакал, умоляя выпустить. Кто-то громко сказал:

— Дура, сгоришь и все, не добежишь!

Потом я, кажется, уснул…

Я проснулся и сразу понял, что дома, на диване. Была темнота, но в окно был виден соседний дом, где в паре окон дрожал свет. Я позвал маму — она сидела на кухне. Начал расспрашивать — мам, ну что это было, скажи. До сих пор отчетливо помню злой ледяной полушепот, которым мама меня отчитывала, говоря, чтобы я никогда больше не вспоминал и не спрашивал про это. Ни у нее, ни тем более у кого-то еще. Иначе нам не жить, ни ей, ни мне. Забудь. Замолчи. Заткнись.

Лет пять назад я подумал, что прошло уже достаточно много времени, стал маму расспрашивать. А она сразу в слезы, побледнела… Её заколотило от дрожи. Я так ничего и не узнал и, видимо, не узнаю.

Временами мне снятся кошмары. Там на черном, как в космосе, небе сияет бешеное солнце. А под ним второе — огромное черное солнце.

Чужой человек в комнате

Все дети чего-то боятся в детстве. Одним из распространённых страхов является боязнь темноты. Пока я был ребёнком, мне всегда было не по себе из-за того, что мне казалось, что тени в моей комнате движутся. Много раз я мог видеть то, что было похоже на очертания мужчины, который находился в моей комнате. Когда я рассказывал об этом матери, она всегда говорила, что это деревья отбрасывают тени (рядом с окном была парочка уличных фонарей). Конечно, я ей не верил. Я был уверен, что у меня в комнате обитает призрак, который наблюдает за мной каждую ночь.

Мне тогда было 9 лет. Я помню всё до мельчайших деталей. Это было очень жаркое лето. Мы все готовились ко сну, и в квартире было невыносимо жарко. Пока я надевал пижаму, моя мать открыла все окна, чтобы воздух мог циркулировать. Она поцеловала меня на ночь, вышла из комнаты и закрыла за собой дверь, что я всегда не любил — появлялось ощущение, что мне некуда будет бежать, если что-то произойдёт.

Я был напуган, как обычно. Лёжа в своей кровати, задрав одеяло до самого подбородка и держа рядом с собой моего плюшевого медвежонка, я уставился в потолок, стараясь не смотреть по сторонам, потому что боялся заметить краем глаза что-нибудь жуткое. Я долго не мог уснуть, и через некоторое время решил посмотреть на часы. Они показывали три часа ночи. Я немного удивился, потому что это был первый раз, когда было так поздно и я ещё не спал. Из-за этого я немного забылся и допустил ошибку, повернувшись спиной к двери, а лицом к стене. Вот тогда-то я и услышал шум в коридоре.

Я знал, что родители не проснулись: они оба были еще теми любителями поспать и просыпались не ранее 7 часов утра. А моей старшей сестры вообще в этот раз не было дома. Но я уже слышал звук шаркающих ног за своей дверью. Они становились громче по мере их приближения. К этому моменту я уже почти разрыдался. Я не мог сдерживать нарастающее чувство страха. С криком вскочив с кровати, прихватив одеяло с мишкой, я побежал в дальний угол комнаты, где накрылся одеялом и обхватил медведя. Затем дверь со скрипом открылась.

К несчастью для меня, моё одеяло было совсем тонким, и я мог хоть и плохо, но видеть сквозь него. Некто высокий вошёл в мою комнату. Он остановился, осмотрел всё вокруг и, когда посмотрел на окно, как будто бы озадачился. Я как мог старался заглушить свои всхлипывания, когда он прошёл рядом со мной и закрыл окно. Тогда я понял, что мне уже некуда бежать и я, отчаявшись, начал рыдать. Он услышал меня и начал приближаться ко мне. Я спрятал голову в колени и обхватил их руками. Я почувствовал, как он стягивает с меня одеяло. Я даже не думал поднять голову. Затем я услышал голос. Он спросил меня, что я здесь делаю. Я не ответил ему, и это, похоже, его разозлило. Он, спросив еще раз более грубо, взял меня за руки и поднял. Я начал сопротивляться. Тогда он выпустил меня, и я упал на спину, начав брыкаться и кричать. Мне никогда не было так страшно, как тогда...

Через несколько секунд я всё же сдался и открыл глаза. Его уже не было. Моя мать и отец вбегали в комнату. После того, как успокоился, я попытался объяснить, что со мной произошло, но, конечно же, родители сказали мне, что это был всего лишь дурной сон, и уложили меня спать. Я не спал всю оставшуюся ночь.

Сейчас мне 22 года. Мои родители купили квартиру побольше и переехали туда, а моя сестра давно уехала из Москвы, так что теперь эта квартира считалась моей. Этим летом я возвращался после поездки на море со своими школьными друзьями. Было классно: пиво, свежий воздух, море, шашлычки, пара бывших одноклассниц... Возвращался поздно вечером, отдохнувший и готовый расслабиться дома перед телевизором. Припарковался рядом с домом, взял вещи, поднялся на свой этаж, и, провозившись с ключами перед дверью еще пару минут, вошёл внутрь. Поставив вещи в корридоре, я скинул ботинки и решил пойти развалиться в кресле с пультом от телевизора. Вдруг я услышал шаркающие звуки из своей комнаты. Дверь была закрыта, когда я входил, поэтому я не сильно потревожился, но всё же любопытство пересилило, и я направился в сторону своей комнаты. Пока я шёл, то продолжал слышать эти странные звуки, как будто кто-то ходил по моей комнате.

Как только я дошёл до двери, то услышал, как кто-то спрыгнул с кровати и побежал. Я осторожно открыл дверь комнаты и огляделся. Комната была пуста, но окно было открыто. Это показалось мне странным — ведь я точно помнил, как закрывал все окна в квартире. Я подошёл и закрыл его. Уже хотел развернуться, как вдруг услышал плач.

Я застыл на секунду, готовый закричать. Немного успокоившись, я повернулся. В углу сидело что-то, накрытое одеялом и сильно трясущееся. Я был удивлён — ведь его не было здесь, когда я открывал дверь, я бы точно заметил. Страха особого не испытывал. Я подошёл к нему и стянул одеяло. Это был маленький ребёнок, который громко рыдал, спрятав голову в колени. Я спросил его, что он здесь делает. Да я сам был напуган не меньше него, еще бы — что в моём доме, который был заперт, делает маленький ребёнок?!

Он был слишком напуган и не ответил мне, я спросил его еще раз, взяв за руки и попытавшись поднять. Он тут же начал вырываться. Я его выпустил, и он упал на спину, чуть не ударил меня ногой. Я немного отскочил от него и на секунду зажмурился, ожидая, что этот ребёнок сейчас кинется на меня и попытается ударить с перепугу, а когда я открыл глаза, маленький мальчик исчез.

Мне до сих пор не даёт покоя вопрос, что бы это могло быть? Неужели в детстве я попал в какой-то провал во времени и встретил там самого себя?

Чужая тень

Когда мне было 10 лет, мы с дедом пошли на речку искупаться — она находилась недалеко от нашего поселка. День был ясный, и ничто не предвещало беды. Вода была, как парное молоко — я скорей разделся и зашел в воду. Купаться я всегда любил, но после этого случая желание пропало.

Так вот, я зашел по плечи, опустился с головой в воду и решил поплавать. Поплыл чуть дальше вперед, утонуть не боялся, потому что в свои 10 лет довольно хорошо плавал. Дед стоял на берегу и наблюдал за мной. Я поплыл вперед и увидел, что недалеко от меня что-то плывет. «Дерево, наверное, или бревно», — подумал я, ибо в наших краях это не редкость. Поплыл чуть дальше — вроде не бревно. Пригляделся и ужаснулся: человек! Естественно, не живой, с синюшной вздувшейся кожей, и от него тянулся неприятный запах…

Я очень быстро поплыл к берегу, к деду. Тот сначала спокойно стоял и улыбался, но, увидев мое встревоженное лицо, напрягся.

— Деда! Там человек! Мертвый!

Спрашивать меня он больше ни о чем не стал, велел мне одеваться, и мы пошли назад в поселок.

Уже через полчаса у реки собрался весь поселок. Водолазы вытаскивали на берег труп. Всем велели отойти, потому что зрелище было просто ужасное, да и запах не лучше. Некоторое время спустя мы с дедом узнали, что это было тело так и не опознанного молодого парня.

Прошло лето. Я уехал домой в город, естественно, про тот случай успел забыть. Но позже я о нем вспомнил. Пришлось.

Как-то я возвращался домой из школы. Поднялся на свой этаж, направился к своей квартире и случайно обратил внимание на стену. Там была моя тень. Тень как тень, ничего особенного — только вот напугала она меня почему-то. Позвонил в дверь, чтобы мама мне открыла. Стою, жду, как вдруг моя тень замахала руками. Так машут, когда внимание привлечь хотят...

Я стою, как вкопанный, понять ничего не могу, и тут мама открывает дверь. Я захожу и смотрю на стену — я иду, а тень стоит. Вы когда-нибудь подобное видели?.. Мне стало страшно, очень страшно, ночью я не мог заснуть до двух часов ночи.

И приснился той ночью мне сон — передо мной стоит испуганный молодой паренек, машет руками и говорит: «Помоги мне!». Проснулся я весь в поту, долго думал, сидя в кровати. И тут-то меня осенило — тот утопленник, на которого я наткнулся! Это был он! Лицо было то же самое, но я его еле узнал из-за того, что оно было обезображено разложением, когда я в первый раз его видел.

Что делать, я не знал. Мама мне все равно не поверит — скажет, что я все выдумал. У кого же попросить помощи?..

Дедушка — вот кто мне поможет! С этой мыслью я лег на кровать и решил дождаться утра, чтобы позвонить деду.

Я проснулся в десять часов утра. Была суббота, в школу идти было не нужно. Я вскочил с кровати и побежал к телефону. Дозвонился до деда, объяснил ему все. Дедушка меня понял и сказал, что нужно идти к знахарке — у них в поселке есть такая, которая сможет мне помочь. Только вот лета дождаться нужно было, ибо уж очень далеко деревня деда от нашего города...

Я расстроился, но делать было нечего. Как я и предполагал, тень преследовала меня везде, но со мной никуда не заходила — ждала меня снаружи. Я вроде даже к ней привык, а во сне ко мне время от времени являлся тот парень и просил помощи...

Наконец, лето пришло. Я еле дождался поездки к деду. Когда же я приехал к нему, дед, как и обещал, повёл меня к знахарке. Она сказала мне, что бороться с неупокоенным будет трудно, и что я должен быть терпеливым. Так и ходил я к бабульке целых пять лет каждое лето, когда приезжал в поселок. Только через пять лет парень и его тень исчезли из моей жизни.

Что-то не так

Всё началось в детстве. Мне нравилась одна соседская девчонка — она приезжала иногда на дачу и мы играли с ней. Мне было шесть лет, когда она перестала приезжать. В соседский дом стали приезжать какие-то другие люди. Я спросил у них, где Маша и её родители. На это они ответили мне, что они уже десять лет живут в том доме и никакой Маши не знают. Я спросил у родителей, что происходит — они сказали мне, что я фантазёр, и посмеялись. Маши я с тех пор не видел. Историю я с возрастом позабыл, списав на детские фантазии.

Когда я вырос, подобная история повторилась. На выезде из моего маленького захолустного городка была больница. Мне было двадцать, лет когда я увидел, что она заброшена, причём она выглядела так, будто заброшена уже лет тридцать. А я готов поклясться, что месяц назад проходил мимо неё, и вокруг стояли скорые и приходили посетители. На все мои расспросы люди крутили только пальцами около виска. Тогда я начал серьёзно задумываться о происходящем.

Наконец, сегодня произошло событие, которое и заставило меня всё это вспомнить и написать. Напротив моего дома росло дерево. Это был здоровый дуб — я играл под ним, когда был ребёнком. Сегодня утром я проснулся, посмотрел в окно и испытал шок: на месте дуба теперь растёт берёза...

У меня две версии об этих происшествиях, не исключаю обе — либо я схожу с ума, либо с окружающей меня реальностью действительно что-то не так.

Череп в небе

Это было, когда я был мальчиком лет пяти-шести, но отчетливо запомнил этот случай. Я сидел возле крыльца дома во дворе и рисовал палочкой на песке всякие затейливые узоры. Во двор вышла бабушка с тазом белья и стала развешивать его на веревку. Тут соседка заглянула к нам через забор — видно, захотелось поговорить. Бабушка тоже была не прочь побеседовать. Стояли они, говорили о том о сем, а я всё на песочке игрался. Тут вдруг соседка задрала голову вверх, да так и ахнула. Толкнула бабушку локтем, сказала: «На небо-то, на небо посмотри!». А день был ясный, жаркий, разгар лета, солнце палило беспощадно, и небо было чистое-чистое, такое голубое, аж глазам больно было. И на небе висело огромное пятно, в котором ясно угадывались очертания оскаленного черепа. Он светился таким золотым светом, как будто сиял.

Я тогда перепугался сильно, бросил игру и поспешил спрятаться за бабушкину юбку, спрашивая у нее полушепотом: «Ба, а что это?», боясь произнести страшное слово «череп». Хотя бабушка и сама была вся белая, крестилась часто-часто. Они с соседкой только приговаривали: «Свят, свят, что ж это такое...», пребывая в очевидной растерянности по поводу этого необъяснимого явления. Я тогда сильно испугался и уже стал мысленно готовиться к смерти, думая, что череп нас всех заберет.

Потом соседка чуть отошла от шока. «Слышь, Петровна, — сказала она бабушке, — это к войне. Много народу побьют-то. А то, ты посмотри вон, сколько пацанов рождается! Одни ж мужики... Это все на убой». Мне стало страшно от ее слов, и я поспешил уйти в дом. Бабушка еще чуть-чуть постояла и тоже в дом зашла.

Я не мог никак успокоиться, меня била сильная дрожь, я все думал, что небо вот-вот обвалится и жуткий пылающий череп спустится к нам вниз и просто перемелет нашу деревню зубами вместе с людьми, лошадьми и коровами, и все — наступит конец света. Я у бабушки спрашивал, заикаясь: «А череп... он нас не заберет? Тетя Таня сказала же — война будет!». Бабушка меня успокаивала, гладила по голове. Потом я долго еще боялся выйти во двор и посмотреть на небо. А когда осмелился и поднял глаза наверх, то черепа и в помине уже не было, как будто он и не появлялся.

Потом еще несколько дней в деревне все только и обсуждали это явление и спрашивали друг у друга: «А ты череп-то видал на небе?» — и те, кто не видел, завидовали очевидцам.

История совершенно реальная, не выдумка. Конечно, по прошествии стольких лет детали затерлись, и воспоминания уже не такие яркие, но само явление и соседкины слова вошли в память намертво, и долго еще от них у меня продирал мороз по коже. Кстати, когда появился череп, был 89-й год, войска с Афганистана вывели только. Потом развалился Союз, началась смута, Ельцин, ГКЧП, расстрел Белого дома... А потом была чеченская война. Я уже был постарше тогда, в школу ходил, и помню, как и в нашу улицу, и в соседнюю привозили соседских пацанов в железных гробах. Другие возвращались без ног, без рук. И много таких было. Я их знал, мать с бабушкой общались с их родителями. А сколько таких семей было по России... Черт его знает, что это такое было тогда в небе, но мне кажется, что соседка была права.